ПОДЗЕМНЫЙ ХОД В ЧУФУТ-КАЛЕ:АРХЕОЛОГИЧЕСКАЯ СЕНСАЦИЯ ИЛИ ЯБЛОКО РАЗДОРА.

И. Коваленко

Подземный ход, Чуфут-калеПрофессиональные археологи уже давно поняли, что благословенная крымская земля никогда не устанет одаривать их потрясающими историческими находками. Подтвердилась эта уверенность и в нынешнем году. За прошедший летний сезон крымчане и гости нашего полуострова были просто атакованы сообщениями различных СМИ по поводу двух сенсационных находок, не имеющих аналогов нигде в мире: серии подземных "пирамид" под Севастополем и грандиозного подземного хода у стен известного "пещерного города" Чуфут-Кале. И если первая находка на поверку оказалась плодом буйной фантазии не совсем здоровых и серьезных людей, то вторая действительно представляет собой уникальное археологическое открытие.




 

 

Как все начиналось:
А началось все не так давно — всего три года назад, в августе 1998 года. Тогда двое хорошо известных в определенных крымских кругах, неутомимых исследователя тайн крымской природы и истории, сотрудники Института Минеральных Ресурсов, ученые гидрогеолог Юрий Шутов и геолог Юрий Полканов приступили к поиску древней гидротехнической системы под южными стенами крепости Чуфут-Кале.
Согласно древним караимским преданиям, в древности, где-то у крепостных стен имелось грандиозное подземное сооружение, предназначенное для водоснабжения средневекового города во время военных действий осадного характера. Проведя предварительную рекогносцировочную работу на местности, ученые-энтузиасты обратили внимание на небольшое углубление в грунте в 150 метрах к западу от ворот Кичик-Капу. Начали копать. И уже на следующий день раскопок (о, как права поговорка: "Кто ищет, тот всегда найдет!") стало ясно: перед исследователями заваленный камнями вход в древний колодец. Археологический азарт — штука захватывающая; и уже ничто не могло отстранить ученых от расчистки колодца.
Слух о том, что "на Чуфуте копают древний колодец" разнесся по маленькому Крыму мгновенно. И по выходным дням на раскоп потянулись добровольные помощники: люди совершенно разных профессий и национальностей (благое дело — всегда общее дело), но объединенные одним чувством — любовью к крымской земле. Некоторые приезжали один-два раза, другие остались до самого конца работ. Среди последних необходимо назвать имена О. Гребенника, А. Бабаджана, Г. Катыка, Г. Шембелева, Ю. Шаповалова, М. и И. Кальфа.
Сначала копали весьма примитивно, но действенно: в колодец спускался человек, набирал ведро камней, затем ведро ручным способом поднимали на поверхность, заполнитель просматривали на предмет археологических находок и скидывали в отвал, а ведро опять опускали вниз. За первый год таким методом было пройдено 6,2 метра вглубь скалы (колодец оказался вырубленным в сплошной толще меловых известняков и мергелей), за второй год — около 15 метров.
Вскоре стало ясно, что на одном энтузиазме, как говорится "далеко не уедешь": катастрофически не хватало более мощного оборудования, способного увеличить темпы расчистки колодца. Стали обращаться в различные организации, прежде всего в Бахчисарайский государственный историко-культурный заповедник (БГИКЗ), но результат везде был один — такому "непонятному" делу, как расчистка древнего колодца никто не хотел уделять должного внимания. Что и говорить: в наше время уже многие забыли о возможности делать что-то не ради денег, а ради идеи, а на энтузиастов смотрят как на сумасшедших. Так было и в нашем случае. Причем, иногда не только не помогали, а просто не давали работать.

На помощь приходит "Оникс-тур":
Но рано или поздно справедливость восстанавливается. На этот раз она пришла в лице директора Центра Спелеотуризма "Оникс-тур" Александра Козлова. Выслушав рассказ ученых об объекте раскопок, о всех трудностях, он обещает помочь. Александр Козлов — человек в Крыму известный (вспомните одну из жемчужин Крыма — оборудованную пещеру "Мраморная", пещеру "Эмине-Баир-Хосар" — все это его рук дело!). Одной из главных черт его характера является твердая обязательность: "Пообещал — сделай". Так произошло и в этот раз: пообещал и обеспечил необходимым оборудованием.
А тут еще сенсационное сообщение: "Лопата одного из исследователей, Олега Гребенника, провалилась в пустоту! Пошел горизонтальный ход!". И точно: на глубине 25 метров от поверхности открылся широкий ход-галлерея, ведущая наклонно вверх по направлению к востоку. Ход частично был завален камнями, под которыми начали просматриваться вырубленные в скале ступени, ниши для освещения, а на стенах открылись следы рубки скальной породы. И что еще более интересно, на одном из участков свода просматривались следы копоти, складывающиеся в четкие, хорошо читаемые, надписи на латыни и арамейском шрифте. Надписи представляли собой имена и прозвища людей, некогда живших на территории крепости. А в центральной части хода со свода свисали маленькие, хрупкие сталактиты, что стало приятным сюрпризом для спелеологов "Оникс-тура".
После такой находки "Оникс-тур" еще активнее взялся за расчистку колодца: на Бурунчак, западную оконечность Чуфут-Кале, был заброшен полевой лагерь (разбиты палатки, поставлены жилые вагончики, полевая кухня, электрогенератор) и уже не только силами ученых-энтузиастов, но и работниками Центра Спелеотуризма закипела ударная работа.
Вскоре стало ясно, что галерея ведет к поверхности и в том месте, где она должна выходить на дневной свет (помогла полуинструментальная топосъемка местности), также начали копать грунт и разбирать каменный завал. В результате полной расчистки хода предстала следующая картина: общая длина расчищенного участка галереи оставила более 100 метров, высота хода колеблется от 1,8 до 2,2 м, а ширина — от 1,8 до 2,4 м. В привходовом участке туннеля на стенах видны процарапанные острым предметом древние граффити: черточки, кресты, родовые знаки — тамги, четко вырисовывается контур парусной лодки и вооруженного щитом и луком воина. Ход имеет небольшое ответвление, заканчивающееся вырубленной в мергелях ванной для сбора дождевых и талых вод, поступавших сюда с поверхности через водоприемник в стене и собиравшихся непосредственно с пола галереи.
На расчистке галереи раскопки не закончились: основной колодец, все так же заваленный скальным грунтом, вел дальше вглубь. Под завалом открылась винтовая лестница, расчистка которой продолжается до сих пор: сотрудники "Оникс-тура" копают без остановки каждый день. При соблюдении всех необходимых норм безопасности грунт поднимается на поверхность электрической лебедкой, также приобретенной Александром Козловым. Чтобы понять, какой титанический труд представляет собой расчистка колодца, можно сказать, что в день ребята поднимают на свет ровно 10 тонн грунта. Это их норма. Сейчас спелеологи углубились уже почти на 40 м вглубь горы. Работают в "Ониксе" люди разные, но все они объединены единой целью: поскорее узнать, что там, в глубине, поскорее найти второй выход на поверхность. А он должен существовать.

"Что нашли — не знаем":
Что нашли симферопольцы, на данном этапе раскопок сказать еще трудно. Есть подземный ход, есть пока еще засыпанный колодец, есть водосборник, есть граффити и надписи, но что все это в комплексе — загадка. "Пока тяжело определить археологическую ценность этого объекта, но находка является культурным наследием Крыма", — говорит Александр Козлов. "Я думаю, что колодец, который мы открыли и сейчас расчищаем, является ни чем иным, как древним гидротехническим сооружением, но ещё рано что-то утверждать. Конечно, есть различные предположения и рассуждения, касающиеся колодца, но для меня единственной загадкой остается причина его засыпки".
Точную оценку своей находке пока не могут дать и Юрий Шутов с Юрием Полкановым: "По-видимому, система подземных сооружений служила не только для скрытого подхода к воде. При необходимости в ней могли укрыться сотни людей. Ныне приобретают реальный смысл казавшиеся ранее сказочными фольклорные сюжеты об исчезающем войске и о князе с отрядом джигитов, который обладал способностью появляться одновременно и на стенах крепости и в тылу врага. Не исключено и культовое назначение подземного сооружения в нижней части основного колодца, что могло бы послужить дополнительным объяснением ореола тайны, окружавшей "скрытый путь", известный только посвященным.
Найденная подземная система у стен древней крепости поставила множество вопросов о назначении колодца и галереи, времени их сооружения, происхождения надписей и граффити, связи ходов с караимскими преданиями. Не исключен и чисто сенсационный вывод о сооружении подземного хода и колодца до появления самой крепости".
Действительно, если подтвердиться, что ход существовал задолго до того времени, когда по мнению археологов возникла крепость, придется заново переписывать историю не только Чуфут-Кале и ее окрестностей, но и во многом средневековую историю всего Крыма. Александр Козлов, Юрий Полканов и Юрий Шутов осторожно говорят о возможно очень солидном возрасте гидросооружения: "начало нашей эры, а может быть еще раньше".
Интересно мнение профессиональных археологов по поводу открытия подземной системы под Чуфут-Кале. Так, высказать свою точку зрения на сенсационную находку мы попросили человека, которого можно по праву назвать "экспертом по делам средневековой истории Крыма" — Александра Герцена. Александр Германович — кандидат исторических наук, заведующий кафедрой истории древнего мира ТНУ, автор не одного десятка работ по проблемам истории Крыма, много лет посвятил раскопкам на Чуфут-Кале, результатом чего стала книга "Крепость драгоценностей. Кырк-Ор. Чуфут-Кале". "Для меня и многих других, — говорит Герцен, — найденный колодец не стал сенсацией, мы давно знали, что он существует. Этот колодец представляет собой важный объект водоснабжения, авторами которого являются не аланы, а народ с высококультурными инженерными традициями, каковым являются византийские мастера. Надписи копотью, найденные при расчистке, можно датировать XVII — XVIII вв., а сам колодец входит в комплекс раннесредневековой крепости второй половины VI века".
Евгений Петров, директор БГИКЗ, не может дать ориентировочную возрастную оценку находки (поскольку сам не археолог), но, будучи профессионалом-архитектором заметил: "Скорее всего, это, действительно, очень интересный, хорошо продуманный гидротехнический комплекс".

Лакомый кусок или яблоко раздора:
Еще во время расчистки подземного хода было решено превратить находку в экскурсионный объект: люди просто обязаны увидеть красоту и таинственность уникального открытия, да и затраты на раскопки надо бы окупить. Вполне естественно, что экскурсионное обслуживание объекта взял на себя "Оникс-тур", который, собственно, и проводил его раскопки. Все вроде бы верно, но тут возникает ряд проблем.
Проблема первая: колодец находится на территории БГИКЗа, т.е. на государственной земле, которую передать в аренду частной фирме нельзя. Но раскопки-то проводила как раз эта самая фирма, а государство и пальцем не пошевелило. И лишь когда стало ясно, что находка может принести очень солидный доход, государственные структуры всполошились.
Проблема вторая: в расчистке колодца не участвовал ни один профессиональный археолог. Как это не прискорбно, но практически весь археологический материал, который встречался в раскопе, уничтожен, не восстановима стратификация слоев, не соблюдены стандартные правила археологических раскопок. Следовательно, невозможно уже сказать о точном времени возникновения, характере постройки и функционировании системы.
Проблема третья и самая главная: кто будет получать прибыль с объекта? Ни БГИКЗ, ни "Оникс-тур" не хотят уступать другому своей доли сладкого пирога.
Дабы читатель смог составить свою точку зрения по поводу: кто прав, а кто нет, мы приводим мнения разных сторон конфликта.
Юрий Полканов: "Мы давно увлекаемся раскопками специфических средневековых колодцев Крыма. По началу, когда расчисткой еще не занимался "Оникс-тур", мы обратились за помощью в БГИКЗ. Заповедник и не отказался, но и не оказал никакой помощи. Евгений Петров обещал нам немногое, но даже и того не сдержал. Вот хотя бы один пример: мы попросили у Петрова переночевать на территории Чуфут-Кале, чтобы не тратя времени на поездку в Симферополь, на следующее утро приступить к раскопкам. Петров пообещал обеспечить ночлег, но в то же время дал команду военизированной охране крепости никого туда на ночь не пускать".
Александр Козлов: "Что касается официальной стороны, т.е. документов, разрешающих проводить раскопки, существует договор, заключенный между БГИКЗ и нами 23 марта 2001 г. Договор утвержден вышестоящим исполнительным органом. Из договора следует, что БГИКЗ, в лице его директора Е. В. Петрова, обязался проводить совместную деятельность по исследованию системы колодца (без вмешательства), а так же обязан был предоставить научно-археологическую помощь и доставку экскурсий к объекту. С нашей стороны соблюдались такие условия договора как техника безопасности, круглогодичная охрана, проведение экскурсий по объекту.
Раскопки, как отмечено в договоре, должны были проводиться под наблюдением археолога, предоставленного заповедником. Перед тем, как начать работу по расчистке, мы два месяца не трогали галерею, ведущую к колодцу, и ждали археологов, пока дожди не размыли портал и не испортили входную дверь. Правда, одно время приходила и наблюдала за раскопками археолог Алие Ибрагимова, но потом и она перестала появляться на объекте. Я обращался за помощью к А. Г. Герцену, но т.к. он занят работами на Мангупе, то помочь нам не смог. Сейчас сами раскопки ведутся непосредственно в колодце, а вот на поверхности не велись и не проводятся, т.к. здесь можно ожидать много интересных археологических находок".
Мы попросили высказать свою точку зрения на события вокруг подземного хода и Евгения Петрова.. Вот что он ответил: "Для ведения археологических работ необходим ряд документов, основной из которых "Открытый лист на раскопки", выдаваемый Полевым комитетом Крымского филиала Института археологии НАН Украины. Три года назад, когда Шутов с Полкановым только начали копать колодец, у них не было таких документов, т.е. раскопки велись незаконно. Мне стали поступать жалобы, что на Чуфуте раскопан большой колодец, куда могут упасть люди и животные; пришлось по собственной инициативе сварить решетку и накрыть ею вход во избежание трагедии. Позже эта решетка была снесена копателями без какого-либо уведомления.
Когда в дело вмешался "Оникс-тур", у Шутова появился "Открытый лист на работу с культурными слоями под землей". В настоящее время, насколько я знаю, Юрий Иванович ведет дневник раскопок, фиксирует в него все находки. Работы в условиях подземных пустот должны проводить специалисты, единственная организация, у которой есть такой опыт — это "Оникс-тур". Поэтому сейчас между ними и БГИКЗ заключен договор "О совместной деятельности" на 10 лет. К большому сожалению, работы по расчистке привходовой части велись без археологов, весь ценный для археолога материал просто выбрасывался в отвал. Здесь просто необходима работа археологов. Но когда я разговариваю с конкретными людьми, никто из них не хочет там работать, никто не желает брать на себя "Открытый лист". У меня в подчинении есть Отдел археологии и Отдел охраны памятников. В Отделе археологии три сотрудника: А. В. Белый, С. В. Карлов и И.И. Лобода; двое из них еще не сдали отчеты за прошлые сезоны, поэтому не имеют права начинать новые раскопки, а И. И. Лобода отказался, поскольку он специалист в другой области. У Отдела охраны памятников тем более нет времени: это отдел оперативного реагирования. Они постоянно в разъездах, борются с гробокопателями, с разрушением объектов.
Что касается экскурсионной эксплуатации объекта, здесь тоже имеется ряд проблем. Я предлагал А. Ф. Козлову ряд вариантов, но он не с одним из них не согласился. Дело в том, что у Козлова чисто коммерческий подход к делу, он — предприниматель, мы же — структура государственная и не можем так относится к памятникам истории. Я вижу наиболее приемлемое развитие событий так: мы делаем посещение хода обязательным для плановых групп, будет увеличено общее время экскурсии по Чуфут-Кале, плата за посещение хода будет входить в стоимость общих билетов, из этой суммы мы платим нашему экскурсоводу, НДС и небольшая сумма идет на развитие заповедника. Основная часть денег будет перечисляться "Оникс-туру" для ведения оставшейся части раскопок, охраны, и обеспечения групп инструктором по подземному ходу. Экскурсовод должен быть наш, он будет рассказывать людям о ходе в процессе общей экскурсии, а поскольку в галерее имеются проблемы в отношении обеспечения безопасности экскурсантов, там должен присутствовать инструктор от "Оникс-тура", который будет просто отвечать за безопасность людей. То есть, заповедник будет заказчиком, а "Оникс" — подрядчиком работ, и лишь тогда мы сможем обеспечить нормальную эксплуатацию объекта".
В заключении разговора Евгений Петров сказал: "Я думаю, что мы с Александром Фотиевичем, безусловно, договоримся, но уже на следующий год. А вообще, мне кажется, когда комплекс будет полностью раскопан, он перейдет в ведение заповедника и будет им эксплуатироваться".
Попросили мы высказаться и Александра Герцена: "В колодце и галерее требовался подробный анализ грунта, только в этом случае можно было ответить на многие вопросы. Сейчас колодец почти полностью разрыт (именно разрыт, а не раскопан) без какого-либо стационарного наблюдения. В результате остался ряд вопросов, которые теперь уже нельзя решить. Здесь была главная задача: как можно быстрее привести объект в коммерческий оборот. Сам колодец в коммерческом отношении является источником хороших доходов и мифотворчества, но с научной стороны он во многом утерян. В итоге того, что раскопки не проводились специалистами, теперь можно фантазировать и "писать сочинения на свободную тему", замешивая все это на националистических аспектах.
Я не хочу никого обвинять, просто это беда нашего времени, беда нашей страны, когда гибнут памятники истории и архитектуры, а государство ничего не хочет делать. Хочу подчеркнуть, что никого не обвиняю: ни Козлова, ни Петрова, здесь больше виноваты госструктуры: Реском по охране и использованию памятников истории и культуры, Полевой комитет КФИАНАН Украины. А вообще, все мы виноваты, и с себя вины я не снимаю, но не наблюдать за процессом, а просто копать — я не могу".
Вот такие дела, уважаемый читатель. Ты сам смог убедиться, что дело запутанное и своя правда есть у обеих сторон конфликта. Раскопки велись без археологического наблюдения, с некоторыми нарушениями, но не вмешайся в дело "Оникс-тур" об объекте еще никто бы не слышал, и там не смогли бы побывать тысячи гостей нашего края, выходившие из подземелья пораженными и восторженными.
У нас есть своя точка зрения на все это, но она наша, субъективная и поэтому ее высказывать нам не хотелось бы. Мы постарались этого в материале и не делать. Своя точка зрения должна появиться и у тебя, читатель, поскольку мы все живем на этой земле, а значит, имеем непосредственное отношение ко всему, что на ней происходит. Поэтому просим подумать и написать свое мнение по поводу событий, происходящих последние три года в Крыму под Чуфут-Кале.

Иван Коваленко
Анна Кель